Worksites
Махабхарата. Эпосы, мифы, легенды и сказания
Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке http://filosoff.org/ Приятного чтения! Махабхарата. Эпосы, мифы, легенды и сказания. СКАЗАНИЕ О СЫНЕ РЕКИ, О РЫБАЧКЕ САТЬЯВАТИ И ЦАРЕ ШАНТАНУ. АДИ ПАРВА (КНИГА ПЕРВАЯ), ГЛАВЫ 91 — 100. Обещание Ганги. В реченьях правдивый, в сраженьях всеправый, Махабхиша был властелином державы. В честь Индры заклал он коней быстролетных, Почтил его множеством жертв доброхотных. От Индры за это изведал он милость: На небе, в бессмертии, жизнь его длилась. Однажды пред Брахмой, спокойны и строги, Предстали, придя с поклонением, боги. Пришли и подвижники с царственным ликом, Махабхиша был на собранье великом, И Ганга, река наилучшая, к деду, Блистая, пришла на поклон и беседу. Подул неожиданно ветер с востока И платье красавицы поднял высоко. В смущенье потупились боги стыдливо, И только Махабхиша страстолюбиво Смотрел, как под ветром вздымается платье. Тогда он услышал от Брахмы проклятье: «Средь смертных рожденный, ты к ним возвратишься, И, смертный, ты снова для смерти родишься!» Махабхиша вспомнил, бессмертных покинув, Всех добрых и мудрых царей-властелинов. Решил он: «Пратипа отцом ему будет,- Он царствует славно и праведно судит». А Ганга, увидев Махибхишу, разом К нему устремила и сердце и разум. Пошла, приближаясь к закатному часу. Пред Гангою восемь божеств, восемь васу, Предстали тогда на пустынной дороге. В грязи и пыли еле двигались ноги. Спросила: «Я вижу вас в жалком обличье. Где прежние ваши краса и величье?» «О Ганга, — ответили васу в унынье,- Ужасным проклятьем мы прокляты ныне. За малый проступок, терзаясь душевно, Мы благостным Васиштхой прокляты гневно. Приблизились мы по ошибке, случайно, К святому, молитвы шептавшему тайно. Нас проклял подвижник в неистовой злобе: "Вы будете в смертной зачаты утробе!" Со знающим веды мы спорить не можем, Но просьбой тебя, о Река, потревожим: Стань матерью нам, чтобы вышли мы снова Из чрева небесного, не из земного!» На них посмотрела, светла и прекрасна, И ясно промолвила Ганга: «Согласна! Вы явитесь в мир из божественной плоти. Кого ж из людей вы отцом назовете?» Ответили васу: «Из рода людского Отца для себя мы избрали благого. То отпрыск Пратипы, чье имя Шантану, Правдивый, не склонный к греху и обману». Ответила: «Вас от беды я избавлю, И вам и ему наслажденье доставлю». Для васу надежда открылась в страданьях. Сказали: «Текущая в трех мирозданьях! Тогда лишь вернемся к небесному роду, Когда сыновей своих бросишь ты в воду». Ответила Ганга: «Я вам не перечу, Но, чтобы со мною запомнил он встречу, Когда перед ним как супруга предстану,- Последнего сына отдам я Шантану». Воскликнули васу: «Да будет нам счастье! Мы все по восьмой отдадим ему части Мужской нашей силы, и крепкого сына Родишь ты на свет от того властелина. Добро утвердит он, прославится громко, Но сын твой умрет, не оставив потомка». И васу покой обрели и здоровье, Как только с Рекой заключили условье. Рождение Шантану Пратипа, влекомый к всеобщему благу. Реки возлюбил дивноликую влагу. У Ганги-реки, благочестия полон, В молениях долгие годы провел он. Однажды к нему, светозарно блистая, Пришла соблазнительная, молодая, Подобна любви вечно юной богине, Прелестная Ганга в чудесной долине. Лицо ее счастьем и миром дышало. К царю на колено, что было, как шала, Могучим и крепким, — на правое, смело, С улыбкою мудрой красавица села. Сказал ей Пратипа: «Чего тебе надо? Чему твое сердце, прекрасная, радо?» «Тебя пожелала я. Ведает разум, Что женщину стыдно унизить отказом». Пратипа ответствовал: «Преданный благу, Я даже с женою своею не лягу, Тем более с женщиной касты безвестной,- Таков мой обет нерушимый и честный». «Владыка, тебя я не ниже по касте, К тебе прихожу я для сладостной страсти, Желанна моя красота молодая, Отраду познаешь ты, мной обладая». Пратипа ответствовал ей непреклонно: «Погубит меня нарушенье закона. Не сделаю так, как тебе захотелось: На правом колене моем ты уселась, Где дочери, снохи садятся, о дева, А место для милой возлюбленной — слева. Супругой мне стать не имеешь ты права, Поскольку ты села, беспечная, справа, Но если ты сблизиться хочешь со мною, То стань мне снохою, а сыну — женою». Богиня промолвила слово ответа: «О праведник, ты не нарушишь обета. Я с сыном твоим сочетаться готова, Найти себе мужа из рода святого. Тебе, о великий подвижник, в угоду Да стану я преданной Бхаратов роду. Чтоб вас прославлять, мне столетия мало, Вы — блага и чести исток и начало. Условимся: как бы себя ни вела я,- Твой сын, о поступках моих размышляя, Вовек да не спросит, откуда я родом,- И счастье с моим обретет он приходом. Своим сыновьям, добродетельным, честным, Он будет обязан блаженством небесным». Сказала — исчезла из глаз властелина. Он стал дожидаться рождения сына. Он, бык среди воинов, подвиги чести Свершал с добронравной супругою вместе, Во имя добра и покоя трудился, И сын у четы седовласой родился,- Тот самый Махабхиша в облике новом, Как было всесильным завещано словом. Пратипа, беззлобный душой, мальчугану Дал скромное имя — Смиренный, Шантану: Пускай завоюет он мир милосердьем, Законы добра исполняя с усердьем. Он рос в почитанье заветов и правил. Пратипа вступившего в возраст наставил: «Красива, прелестна, одета богато, Пришла ко мне женщина, сын мой, когда-то. Быть может, к тебе она явится вскоре С желаньем добра и с любовью во взоре. Не должен ты спрашивать: "Кто ты и чья ты?" Ты с ней сочетайся, любовью объятый. Не спрашивай ты о поступках подруги, Ты будешь иметь сыновей от супруги. Ты с ней насладись, чтоб она, молодая, Тобой насладилась, тебе угождая». Пратипа, последний сказав из приказов И сына Шантану на царство помазав, Бесхитростный, чуждый корысти и злобе, Ушел — и в лесной поселился чащобе. Сыновья Ганги и Шантану Шантану, сей лучник, искавший добычу, Охотился часто за всякою дичью, Всегда избирал потаенные тропы, Где бегали буйволы и антилопы. У Ганги-реки, на пути одиноком, Встречался отважный стрелок ненароком С певцами небесными, с полубогами; Звенела земля у него под ногами. Однажды красавицу встретил Шантану, И он удивился прелестному стану. Иль то божество красоты приближалось, На лотосе чистом пред ним возвышалось? Свежа, белозуба, мила и беспечна, В тончайших одеждах, во всем безупречна, Она воссияла светло и невинно, Как лотоса редкостного сердцевина! Смотрел властелин, трепеща, восхищаясь. Глазами он пил ее, не насыщаясь. Она приближалась, желанна до боли,- И пил он, и жаждал все боле и боле! Он тоже, в блистании царственной власти, Зажег в ней пылание радостной страсти: Смотрела на воина с жарким томленьем, Смотрела, не в силах насытиться зреньем! Спросил повелитель, исполненный жара: «Певица небесная ты иль апсара? Змея или данави — жизни врагиня? Дитя человеческое иль богиня? Небесной сияешь красой иль земною,- Но, кто бы ты ни была, будь мне женою!» Услышав звучащее ласково слово, Условие с васу исполнить готова И, голосом звонким царя услаждая, Сказала, разумная и молодая: «Твоею женою покорною стану, Но, что бы ни делала я, о Шантану, Хорошей тебе покажусь иль дурною,- Клянись, что не будешь ты спорить со мною. А если меня оскорбишь и осудишь,- Уйду я и ты мне супругом не будешь». «Согласен!» — сказал он, ее одаряя Отрадой, не знавшей ни меры, ни края. Ее получив, как желанную долю, Могучий, с женой наслаждался он вволю, Решил он: «Пойдет она прямо иль косо – Смолчу, никогда не задам ей вопроса». И царь был доволен ее красотою, Ее добродетелью и чистотою, Ее обхожденьем, спокойным и ровным, Ее угожденьем на ложе любовном. То Ганга была, та богиня-царица, Что в трех мирозданьях блаженно струится! Приняв человеческий облик отныне, Она красоту сохранила богини. С тех пор стал супругом Реки богоравный Шантану, царей повелитель державный. Она услаждала властителя пляской, Истомною негой, искусною лаской, И ласкою ласка ее награждалась,- Его услаждая, сама наслаждалась. Шантану, любовью своей поглощенный, Усладами лучшей из жен обольщенный, Не видел, как месяцы мчатся и годы, А мчались они, словно быстрые воды. Шло время. Сменялись и лето и осень. Жена сыновей родила ему восемь. Так было: едва лишь ребенок родится, Тотчас его в Гангу бросает царица. Шантану страдал от сокрытого горя, Однако молчал он, с женою не споря. Когда родила она сына восьмого, Чудесного, сердцу отца дорогого, Он крикнул, восьмой не желая утраты: «Не смей убивать его! Кто ты и чья ты? Возмездье за это злодейство свершится, Страшись, о презренная, сыноубийца!» Сказала супругу: «Ты сердце не мучай, Желающий сына отец наилучший! Погибнуть не дам я последнему сыну, Но только тебя навсегда я покину. Я — мудрым Джахну возрожденная влага, Я — Ганга, несметных подвижников благо. Жила я с тобой, ибо так захотели Бессмертные ради божественной цели. Я встретила восемь божеств, восемь пасу, Подвластных проклятия гневному гласу: Их Васиштха проклял, чтоб гордые боги В людей превратились, бессильны, убоги. А стать их отцом, о властитель и воин, Лишь ты на земле оказался достоин, И я, чтоб вернуть им бессмертья начало, Для них человеческой матерью стала. Ты восемь божеств произвел, ясноликий, Тем самым ты стал и на небе владыкой. С тобою узнала я радость зачатья, И васу избавила я от проклятья. Дала я поверженным верное слово: Когда в человеческом облике снова Родятся, — их в Ганге-реке утоплю я, Бессмертие каждому снова даруя. Теперь я тебя покидаю навеки. Меня дожидаются боги и реки. Смотри, богоравного сына храни ты. То будет мудрец и храбрец знаменитый. В обетах он будет подобен булату,- Дарованный Гангою сын Гангадатту!» Проступок восьми васу Спросил у возлюбленной царь над царями: «Бессмертные васу владеют мирами. За что же проклятью их Васиштха предал, За что же им смертными стать заповедал? И кто он такой, этот Васиштха гневный, Богов обрекающий доле плачевной? За что Гангадатту наказан сурово И сделался отпрыском рода людского? Какие об этом расскажешь рассказы?» Ответила Ганга: «О царь быкоглазый, Великий деяньем! Рожден от Варуны, Властителя вод, этот Васиштха юный, Подвижник, от мира решил удалиться. Обитель святая была у провидца На склоне владычицы гор, светлой Меру, Где жил он, храня в целомудрии веру, Где множество было различных животных, И трав неисчетных, и птиц быстролетных, Где в летнюю пору и в зимнюю пору Цветы украшали цветением гору. В лесу для подвижника были даренья: Вода в ручейке, и плоды, и коренья. Однажды в лесу, пред жилищем святого, Красива, сильна, появилась корова: Богиня, дочь Дакши, в нее воплотилась, Даруя просящему благо и милость. Ее молоко, на зеленой поляне, Подвижник для жертвенных брал возлияний. Важна и степенна, средь леса густого, С теленком бесстрашно бродила корова. Однажды пришли в этот лес благовоиный Могучие васу, а с ними — их жены. Они с наслажденьем бродили повсюду, Сверканью цветов удивляясь, как чуду. Вдруг старшего васу жена молодая Увидела, по лесу с мужем гуляя, Корову на мягкой, зеленой поляне: Ее молоко — исполненье желаний! И так восхитила богиню корова, Что мужу, владыке небесного крова, Сказала с восторгом: "О Дьяус, взгляни-ка!" Увидел корову небесный владыка: Крупна и красива, с глазами живыми, Полно молока многомощное вымя... Ответствовал Дьяус: "О тонкая в стане! Корова, чья цель — исполненье желаний, Не ведает равных себе во вселенной, А ею владеет отшельник смиренный, Рожденный Варуной подвижник суровый. Когда молоко этой чудной коровы Вкусит человек, — вечно юным пребудет, И кровь его время не скоро остудит, И так проживет, не печалясь, на свете Он десять блаженнейших тысячелетий!" И Дьяус, душою и разумом бодрый, Услышал желанье жены дивнобедрой: "Средь мира людского подругу нашла я. Царевна Джинавати, прелесть являя, Чарует и юностью и красотою. Отец ее славится жизнью святою. Ты добрых сердец награждаешь заслуги, Прошу, потрудись и для милой подруги, Могуществом, властью своей знаменитый, Корову с теленочком к ней приведи ты. Подруга, отведав напитка благого, Единственной станет из рода людского, Но знающей старости или недуга. Когда же счастливою станет подруга, Мне тоже, всеправедный, будет отрада,- Отныне отрады иной мне не надо!" Глаза дивнобедрой, как лотос, манили, И Дьяус, покорный их ласковой силе, Пошел, повинуясь возлюбленной слову, И с братьями вместе увел он корову. Он мужа святого украл достоянье, Не зная, к чему приведет злодеянье. Как видно, отшельника подвиг суровый Не смог отвратить похищенья коровы. С кошелкою, полной кореньев и ягод, Вернулся подвижник, не ведавший тягот. Увидел в смятенье, увидел в печали: Корова с теленком исчезли, пропали! Он долго, исполненный праведной мощи, Обыскивал заросли, чащи и рощи, Пока не постигнул провидящим взором, Что васу виновны, что Дьяус был вором! Оп

. Эпосы, мифы, легенды и сказания Махабхарата читать, . Эпосы, мифы, легенды и сказания Махабхарата читать бесплатно, . Эпосы, мифы, легенды и сказания Махабхарата читать онлайн